Распоряжение долей как общим имуществом супругов: новая позиция ВС РФ

array(50) { ["ID"]=> string(4) "2817" ["~ID"]=> string(4) "2817" ["NAME"]=> string(6) "ЛКП" ["~NAME"]=> string(6) "ЛКП" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "6" ["~IBLOCK_ID"]=> string(1) "6" ["IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(2) "13" ["~IBLOCK_SECTION_ID"]=> string(2) "13" ["DETAIL_TEXT"]=> string(33013) "

В статье проанализирована судебная практика и рассмотрена проблема признания сделки по распоряжению долей в уставном капитале ООО недействительной ввиду отсутствия нотариального согласия другого супруга на ее совершение. Если до недавнего времени арбитражные суды в основном вставали на сторону истца,
удовлетворяя требования супруга(и) о признании сделки недействительной и возвращении корпоративного контроля над обществом, то после принятия недавнего Определения СКЭС ВС РФ
№ 305-ЭС23-8438 по делу № А40-91941/2022 от 28.08.2023 судебная практика может кардинально поменяться.

ВС РФ «взял курс» на защиту прав ответчиков и новых участников обществ, сказав, что признавать сделку недействительной можно исключительно в тех случаях, когда установлена экономи чес кая нецелесообразность сделки, подобной сделкой неправомерно уменьшается доля одного участника и соответственно нарушаются права его супруга(и), присутствует недобросовестность одного из супругов и нового участника общества.

КАКИЕ СДЕЛКИ С ДОЛЕЙ В ООО ПРИЗНАЮТСЯ СУДАМИ КАК СДЕЛКИ ПО РАСПОРЯЖЕНИЮ ОБЩИМ ИМУЩЕСТВОМ СУПРУГОВ?


В судебной практике существует большое количество споров, когда супруг(а), как правило, перед началом бракоразводного процесса инициирует ряд сделок, в результате которых в ООО либо
входит новый участник, размывая долю супруга(и), либо супруг(а) вовсе отчуждает долю в ООО аффилированным или подконтрольным ему (ей) лицам. На практике очень часто вставал вопрос: являются ли подобные действия распоряжением общим имуществом супругов применительно к ст. 35 СК РФ? Противники такого подхода отмечали, что фактически имущество супругов не уменьшается, размер доли в стоимостном выражении никак не меняется, а потому применять к таким сделкам положения ст. 35 СК РФ со всеми вытекающими последствиями незаконно. Точку в этом вопросе поставил ВАС РФ.
Президиум ВАС РФ в 2014 г.2 подробно анализировал данный вопрос и пришел к выводу, что сделки о принятии одним из супругов решения о введении в состав участников ООО нового участника с внесением им неэквивалентного дополнительного вклада в уставный капитал ООО по своему существу являются распоряжением общим имуществом супругов, влекущим уменьшение действительной стоимости доли супруга в ООО. Более того, ВАС РФ указал, что выход супруга из ООО также является сделкой по распоряжению общим имуществом супругов
по смыслу ст. 35 СК РФ. 

Позиция ВАС РФ, изложенная в названном постановлении, не теряет актуальность и на данный момент. Арбитражные суды всех инстанций,а также и ВС РФ при рассмотрении аналогичных
споров продолжают использовать аргументацию
и позицию ВАС РФ.

ПОЗИЦИЯ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ ДО ВНЕСЕНИЯ ИЗМЕНЕНИЙ
В ФЗ «ОБ ООО» В 2009 Г.

В 2009 г. в законную силу вступили изменения, согласно которым ст. 21 Закона об ООО была существенно переработана и дополнена п. 11 следующего содержания:

 
«Сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, подлежит нотариальному удостоверению. Несоблюдение нотариальной формы указанной сделки влечет за собой ее недействительность».

До этого времени сделки по отчуждению долей в ООО  нотариального удостоверения не требовали, а потому положения п. 3 ст. 35 СК РФ к ним применяться не могли. К сделкам по распоряжению долей в ООО, совершаемых супругами, применялись положения п. 2 ст. 35 СК РФ, согласно которому презюмировалось согласие второго супруга на совершение сделки, а потому для того, чтобы о спорить такую сделку в суде необходимо было доказать, что другая сторона знала или должна была знать о несогласии другого супруга.
Так, например, ФАС Западно-Сибирского округа оставил в силе постановление суда апелляционной инстанции, который отменил решение АС Новосибирской области и указал, что контрагент по сделке являлся добросовестным и в сложившейся ситуации не мог знать о противоречиях между супругами и отсутствии одобрения на совершение сделки по отчуждению доли в уставном капитале ООО. 


Так,  например,  ФАС   Западно-Сибирского округа4 оставил в силе постановление судаапелляционной инстанции, который отменил решение АС Новосибирской области и указал, что контрагент   по   сделке   являлся   добросовестным и в сложившейся ситуации не мог знать о противо- речиях между супругами и отсутствии одобрения на совершение    сделки    по    отчуждению    доли в уставном капитале ООО.

ПОЗИЦИЯ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ В ПЕРИОД
С 2009 Г. ПО НАСТОЯЩИЙ МОМЕНТ

Как уже было написано выше, после внесения изменений в Закон об ООО сделки по отчуждению доли в ООО стали подчиняться правилам п. 3 ст. 35 СК РФ:

«Для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государ- ственной регистрации, сделки, для кото- рой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, под- лежащей обязательной государствен- ной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга».

Таким образом, как показывает судебная практика, судам зачастую было достаточно констатировать отсутствие нотариального согласия другого супруга и неэквивалентность внесения дополнительного вклада в уставной капитал ООО, чтобы признать сделку недей- ствительной.

Фабула дела № А40-141114/2021. Судами было установлено, что в период брака супругами было совместно нажито следующее имущество: доля

апелляционной инстанции, который отменил решение АС Новосибирской области и указал, что контрагент   по   сделке   являлся   добросовестным и в сложившейся ситуации не мог знать о противо- речиях между супругами и отсутствии одобрения на  совершение    сделки    по    отчуждению    доли в уставном капитале ООО.

в уставном капитале ООО стоимостью 75 тыс. руб. (75%). Супруга подала в районный суд заявление о разделе совместно нажитого имущества, в этот самый период супруг уставный капитал ООО был увеличен до 1 млн руб. за счет внесения новым участником вклада и дополнительного вклада другим (прежним) участником ООО. При этом сам супруг отказался от внесения дополнительного вклада. В результате   его   доля   была   размыта до 7,5%. Супруга обратилась в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки и примене- нии последствий ее недействительности.

Суд первой инстанции в иске отказал:

«сам по себе факт уменьшения доли <…> до 7,5% вследствие увеличения уставно- го капитала общества о притворности сделки не свидетельствует, <…> истец не представил доказательств того, что [новый и прежний участники обще- ства] знали или заведомо должны былзнать о несогласии истца на совершение сделки, а равно наличие умысла на совер- шение сделки с целью причинения како- го-либо имущественного вреда истцу».

Суд апелляционной инстанции, с выводами кото- рого согласился Арбитражный суд Московского округа5, отменяя решение суда первой инстанции, указал:

«<…> результатом совершения оспарива- емой сделки, в действительности, стал переход 67,5% доли уставного капитала общества <…>, что соответственно приве ло к уменьшению размера доли [супруга], поскольку для осуществления имущественных и корпоративных прав участника имеет значение не номинальная стоимость доли, на что сделан акцент судом первой инстанции, а ее размер... посколь- ку при таком соотношении долей в устав- ном капитале общества участник, чья доля уменьшена до 7,5% фактически утрачи- вает способность оказывать влияние при принятии значимых решений обществом по финансово-хозяйственной деятельно- сти общество при реализации права пре- дусмотренных статьей 8 Закона «Об обще- ствах с ограниченной ответственностью», так как решения в обществе принимаются либо простым большинством голосов участников, либо не менее 2/3 числа голосов участников общества».

Таким образом, арбитражные суды, устанавливая нецелесообразность и неразумность действий ответчиков, выражающиеся в отказе от права внесения дополнительного вклада, в потере корпоративного контроля   над   деятельностью   ООО, и отсутствии нотариального согласия супруга (и) на распоряжение общим имуществом, массово признавали такие сделки недействительными6.

Арбитражный суды квалифицировали подобные сделки как притворные и преследующие лишь цель отчуждения имущества (имущественного права) — доли в уставном капитале общества — для уменьшения стоимости совместно нажитого имущества.

Суды соглашались с доводами истцов о том, что номинальная и действительная стоимость доли — это две абсолютно разные вещи. Не изменяя номи- нальную стоимость доли, но уменьшая процент вклада в уставной капитал ООО, действительная стоимость доли в реальности существенно и неэквивалентно уменьшалась.

    Подобный     «проистцовский»     подход       далек от идеала, так как, согласно ему, признать недействительной можно абсолютно любую сделку, лишенную нотариального согласия другого супруга, это, в свою очередь, сказывается на устой- чивости и стабильности гражданского оборота. Исправить данную ситуация недавно попыталась Судебная коллегия   по   экономическим   спорам ВС РФ.

ДАЛЬНЕЙШИЕ ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ

Фабула дела № А40-91941/2022. Супруга обратилась в арбитражный суд с иском о признании сделки по распоряжению общим имуществом супругов недействительной в виду притворности сделки, а также отсутствия нотариального согласия и экономической целесообразности сделки. Супруг принял решение об увеличении уставного капитала ООО и перераспределении 90% доли в уставном капитале на нового участника, в связи с внесением последним необходимого для этого вклада.

Суд первой инстанции7 в иске отказал, руководствуясь тем, что к спорным отношениям неприменимы положения п. 3 ст. 35 СК РФ. Суд сослался на п. 2 ст. 35 СК РФ, согласно которому согласие второго супруга на совершение сделки презюмируется. Суд также отметил:

«истец не представила доказательства, подтверждающие, что действия сторон сделки были направлены на достижение других правовых последствий и прикрывали иную волю всех участников сделки. [Супругом] выражено волеизъявление и совершены действия именно 

с целью увеличения уставного капитала общества…»

Таким образом, суд первой инстанции констатиро- вал невозможность признания сделки притворной и применении последствий недействительной сделки.

Суды апелляционной и кассационной инстанций, следуя преобладающей на тот момент судебной практике, решение отменили, удовлетворив тре- бования Истца.

Ответчик  с    вынесенными    постановлениями не согласился и обратился в ВС РФ. СКЭС ВС РФ, рассмотрев кассационную жалобу, отменила постановления судов апелляционной и кассаци- онной инстанций и оставила в силе решение суда первой инстанции8.

СКЭС ВС РФ отметила:

«Увеличение уставного капитала обще- ства за счет вклада третьего лица, при- нимаемого в общество, направлено на привлечение хозяйственным обще- ством инвестиций в свою деятельность: увеличение капитализации общества и расширение возможностей извлечения прибыли от ведения общего дела. <…>

При этом, не являясь стороной товарищеского соглашения, нашедшего отражение в положениях устава общества с ограниченной ответственностью, и не имея личных неимущественных прав в отношении общества, супруга

не может непосредственным образом участвовать в управлении обществом, в том числе влиять на принятие решений относительно состава участников обще- ства и привлечения инвестиций.

Исходя из существа правовой конструкции общества с ограниченной ответственностью, согласие супруги на введе- ние в состав участников общества нового участника может считаться необходимым в случаях, когда такие действия способны нарушить имущественные интересы супруги, то есть влекут за собой уменьшение общего имущества — действительной стоимости доли участия в обществе».

Следовательно, признать сделку недействительной возможно только тогда, когда принятие нового участника не преследовало никакой   законной   и   разумной   цели,   о   чем, в частности, может свидетельствовать скорый выход нового участника из ООО.

В случае если привлечение дополнительного финансирования не носило никакой противоправной цели и соответствовало обычной предпринимательской деятельности, то и согласие супруга на совершение такой сделки не требуется. ВС   РФ   косвенно   акцентировал   внимание и на том факте, что принятие нового участника может преследовать не только цель финансирования ООО путем внесения дополнительного вклада, но и цель привлечения новых клиентов и внедрения новых бизнес-процессов за счет знаний и умений нового участника (так назы- ваемый неимущественный вклад). Более того, прежний участник не утратил корпоративный контроль, сохранив за собой долю в уставном капитале в размере 10%.

Таким образом, ВС РФ, руководствуясь стабильностью гражданского оборота,  начал  борьбу с многочисленной практикой судов об удовлетворении подобных исковых заявлений. Юридические сообщество уже положительно отреагировало на такие изменения.

ФИНАЛЬНЫЙ АККОРД

Отдельного внимания заслуживает позиция ВС РФ про срок исковой давности. В указанном деле иск супругом был предъявлен через семь лет после заключения   оспариваемых   сделок.   Согласно ст. 196 ГК РФ субъективный срок исковой давности по общему правилу составляет три года, а с начала сентября 2022 г. п. 3 ст. 35 СК РФ для оспаривания таких сделок был установлен специальный срок в один год. СКЭС ВС РФ отмечает:

«<…> при исчислении срока исковой давности значение имеет не только момент фактической  осведомленности    супруги о распоряжении общим имуществом без ее согласия, но также своевременность и разумность предпринятых истцом мер по получению необходимой информации».

Отметим, что, исходя из проведенного нами анализа судебной практики, частым явлением при рассмотрении данных споров является факт при- вязки судами начала исчисления срока исковой давности к моменту раздела общего имущества супругов.

Такой подход существенным образом ухудшает положение ответчиков, так как спустя многие годы доказать, что при заключении оспариваемых сделок они руководствовались сугубо экономическими целями, представляется весьма затруднительным занятием. Отыскать переписки между участниками, протоколы общих собраний участ- ников, а также иные доказательства практически невозможно.

ВС РФ отметил, что такая позиция судов фактически сводится к произвольному определению начала течения срока исковой давности. Аргумен- тируя свою позицию, суд указал, что брак пред- полагает наличие лично-доверительных связей между супругами, а потому супруг(а) не лишен(а) возможности узнавать информацию о состоянии общего имущества супругов — доли в ООО — у супруга(и) непосредственно, а при отсутствии такой возможности — из публичных (открытых) источников. Такая позиция высшей судебной инстанции в своем роде является революцион- ной, так как раньше суды не высказывались в духе того, что кто-либо должен периодически обнов- лять и отслеживать данные в ЕГРЮЛ9.

ВЫВОД

Подводя итог всему вышесказанному, на наш взгляд, судебная практика после публикации указанного определения СКЭС ВС РФ должна пойти по пути более детального изучения материалов дела и бизнес-процессов ООО, сделки которого по вхождению нового участника оспариваются10.

ВС РФ фактически запретил признавать оспариваемые сделки недействительными только лишь по тому основанию, что супруг о них не знал и нотариального согласия на   их   совершение не давал. В дальнейшем судам необходимо будет оценивать экономическую целесообразность вне- сения дополнительного вклада, о чем может свидетельствовать увеличение/уменьшение выручки или прибыли компании, а также рост/падение действительной стоимости доли ООО.


 
Источник

" ["~DETAIL_TEXT"]=> string(33013) "

В статье проанализирована судебная практика и рассмотрена проблема признания сделки по распоряжению долей в уставном капитале ООО недействительной ввиду отсутствия нотариального согласия другого супруга на ее совершение. Если до недавнего времени арбитражные суды в основном вставали на сторону истца,
удовлетворяя требования супруга(и) о признании сделки недействительной и возвращении корпоративного контроля над обществом, то после принятия недавнего Определения СКЭС ВС РФ
№ 305-ЭС23-8438 по делу № А40-91941/2022 от 28.08.2023 судебная практика может кардинально поменяться.

ВС РФ «взял курс» на защиту прав ответчиков и новых участников обществ, сказав, что признавать сделку недействительной можно исключительно в тех случаях, когда установлена экономи чес кая нецелесообразность сделки, подобной сделкой неправомерно уменьшается доля одного участника и соответственно нарушаются права его супруга(и), присутствует недобросовестность одного из супругов и нового участника общества.

КАКИЕ СДЕЛКИ С ДОЛЕЙ В ООО ПРИЗНАЮТСЯ СУДАМИ КАК СДЕЛКИ ПО РАСПОРЯЖЕНИЮ ОБЩИМ ИМУЩЕСТВОМ СУПРУГОВ?


В судебной практике существует большое количество споров, когда супруг(а), как правило, перед началом бракоразводного процесса инициирует ряд сделок, в результате которых в ООО либо
входит новый участник, размывая долю супруга(и), либо супруг(а) вовсе отчуждает долю в ООО аффилированным или подконтрольным ему (ей) лицам. На практике очень часто вставал вопрос: являются ли подобные действия распоряжением общим имуществом супругов применительно к ст. 35 СК РФ? Противники такого подхода отмечали, что фактически имущество супругов не уменьшается, размер доли в стоимостном выражении никак не меняется, а потому применять к таким сделкам положения ст. 35 СК РФ со всеми вытекающими последствиями незаконно. Точку в этом вопросе поставил ВАС РФ.
Президиум ВАС РФ в 2014 г.2 подробно анализировал данный вопрос и пришел к выводу, что сделки о принятии одним из супругов решения о введении в состав участников ООО нового участника с внесением им неэквивалентного дополнительного вклада в уставный капитал ООО по своему существу являются распоряжением общим имуществом супругов, влекущим уменьшение действительной стоимости доли супруга в ООО. Более того, ВАС РФ указал, что выход супруга из ООО также является сделкой по распоряжению общим имуществом супругов
по смыслу ст. 35 СК РФ. 

Позиция ВАС РФ, изложенная в названном постановлении, не теряет актуальность и на данный момент. Арбитражные суды всех инстанций,а также и ВС РФ при рассмотрении аналогичных
споров продолжают использовать аргументацию
и позицию ВАС РФ.

ПОЗИЦИЯ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ ДО ВНЕСЕНИЯ ИЗМЕНЕНИЙ
В ФЗ «ОБ ООО» В 2009 Г.

В 2009 г. в законную силу вступили изменения, согласно которым ст. 21 Закона об ООО была существенно переработана и дополнена п. 11 следующего содержания:

 
«Сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, подлежит нотариальному удостоверению. Несоблюдение нотариальной формы указанной сделки влечет за собой ее недействительность».

До этого времени сделки по отчуждению долей в ООО  нотариального удостоверения не требовали, а потому положения п. 3 ст. 35 СК РФ к ним применяться не могли. К сделкам по распоряжению долей в ООО, совершаемых супругами, применялись положения п. 2 ст. 35 СК РФ, согласно которому презюмировалось согласие второго супруга на совершение сделки, а потому для того, чтобы о спорить такую сделку в суде необходимо было доказать, что другая сторона знала или должна была знать о несогласии другого супруга.
Так, например, ФАС Западно-Сибирского округа оставил в силе постановление суда апелляционной инстанции, который отменил решение АС Новосибирской области и указал, что контрагент по сделке являлся добросовестным и в сложившейся ситуации не мог знать о противоречиях между супругами и отсутствии одобрения на совершение сделки по отчуждению доли в уставном капитале ООО. 


Так,  например,  ФАС   Западно-Сибирского округа4 оставил в силе постановление судаапелляционной инстанции, который отменил решение АС Новосибирской области и указал, что контрагент   по   сделке   являлся   добросовестным и в сложившейся ситуации не мог знать о противо- речиях между супругами и отсутствии одобрения на совершение    сделки    по    отчуждению    доли в уставном капитале ООО.

ПОЗИЦИЯ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ В ПЕРИОД
С 2009 Г. ПО НАСТОЯЩИЙ МОМЕНТ

Как уже было написано выше, после внесения изменений в Закон об ООО сделки по отчуждению доли в ООО стали подчиняться правилам п. 3 ст. 35 СК РФ:

«Для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государ- ственной регистрации, сделки, для кото- рой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, под- лежащей обязательной государствен- ной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга».

Таким образом, как показывает судебная практика, судам зачастую было достаточно констатировать отсутствие нотариального согласия другого супруга и неэквивалентность внесения дополнительного вклада в уставной капитал ООО, чтобы признать сделку недей- ствительной.

Фабула дела № А40-141114/2021. Судами было установлено, что в период брака супругами было совместно нажито следующее имущество: доля

апелляционной инстанции, который отменил решение АС Новосибирской области и указал, что контрагент   по   сделке   являлся   добросовестным и в сложившейся ситуации не мог знать о противо- речиях между супругами и отсутствии одобрения на  совершение    сделки    по    отчуждению    доли в уставном капитале ООО.

в уставном капитале ООО стоимостью 75 тыс. руб. (75%). Супруга подала в районный суд заявление о разделе совместно нажитого имущества, в этот самый период супруг уставный капитал ООО был увеличен до 1 млн руб. за счет внесения новым участником вклада и дополнительного вклада другим (прежним) участником ООО. При этом сам супруг отказался от внесения дополнительного вклада. В результате   его   доля   была   размыта до 7,5%. Супруга обратилась в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки и примене- нии последствий ее недействительности.

Суд первой инстанции в иске отказал:

«сам по себе факт уменьшения доли <…> до 7,5% вследствие увеличения уставно- го капитала общества о притворности сделки не свидетельствует, <…> истец не представил доказательств того, что [новый и прежний участники обще- ства] знали или заведомо должны былзнать о несогласии истца на совершение сделки, а равно наличие умысла на совер- шение сделки с целью причинения како- го-либо имущественного вреда истцу».

Суд апелляционной инстанции, с выводами кото- рого согласился Арбитражный суд Московского округа5, отменяя решение суда первой инстанции, указал:

«<…> результатом совершения оспарива- емой сделки, в действительности, стал переход 67,5% доли уставного капитала общества <…>, что соответственно приве ло к уменьшению размера доли [супруга], поскольку для осуществления имущественных и корпоративных прав участника имеет значение не номинальная стоимость доли, на что сделан акцент судом первой инстанции, а ее размер... посколь- ку при таком соотношении долей в устав- ном капитале общества участник, чья доля уменьшена до 7,5% фактически утрачи- вает способность оказывать влияние при принятии значимых решений обществом по финансово-хозяйственной деятельно- сти общество при реализации права пре- дусмотренных статьей 8 Закона «Об обще- ствах с ограниченной ответственностью», так как решения в обществе принимаются либо простым большинством голосов участников, либо не менее 2/3 числа голосов участников общества».

Таким образом, арбитражные суды, устанавливая нецелесообразность и неразумность действий ответчиков, выражающиеся в отказе от права внесения дополнительного вклада, в потере корпоративного контроля   над   деятельностью   ООО, и отсутствии нотариального согласия супруга (и) на распоряжение общим имуществом, массово признавали такие сделки недействительными6.

Арбитражный суды квалифицировали подобные сделки как притворные и преследующие лишь цель отчуждения имущества (имущественного права) — доли в уставном капитале общества — для уменьшения стоимости совместно нажитого имущества.

Суды соглашались с доводами истцов о том, что номинальная и действительная стоимость доли — это две абсолютно разные вещи. Не изменяя номи- нальную стоимость доли, но уменьшая процент вклада в уставной капитал ООО, действительная стоимость доли в реальности существенно и неэквивалентно уменьшалась.

    Подобный     «проистцовский»     подход       далек от идеала, так как, согласно ему, признать недействительной можно абсолютно любую сделку, лишенную нотариального согласия другого супруга, это, в свою очередь, сказывается на устой- чивости и стабильности гражданского оборота. Исправить данную ситуация недавно попыталась Судебная коллегия   по   экономическим   спорам ВС РФ.

ДАЛЬНЕЙШИЕ ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ

Фабула дела № А40-91941/2022. Супруга обратилась в арбитражный суд с иском о признании сделки по распоряжению общим имуществом супругов недействительной в виду притворности сделки, а также отсутствия нотариального согласия и экономической целесообразности сделки. Супруг принял решение об увеличении уставного капитала ООО и перераспределении 90% доли в уставном капитале на нового участника, в связи с внесением последним необходимого для этого вклада.

Суд первой инстанции7 в иске отказал, руководствуясь тем, что к спорным отношениям неприменимы положения п. 3 ст. 35 СК РФ. Суд сослался на п. 2 ст. 35 СК РФ, согласно которому согласие второго супруга на совершение сделки презюмируется. Суд также отметил:

«истец не представила доказательства, подтверждающие, что действия сторон сделки были направлены на достижение других правовых последствий и прикрывали иную волю всех участников сделки. [Супругом] выражено волеизъявление и совершены действия именно 

с целью увеличения уставного капитала общества…»

Таким образом, суд первой инстанции констатиро- вал невозможность признания сделки притворной и применении последствий недействительной сделки.

Суды апелляционной и кассационной инстанций, следуя преобладающей на тот момент судебной практике, решение отменили, удовлетворив тре- бования Истца.

Ответчик  с    вынесенными    постановлениями не согласился и обратился в ВС РФ. СКЭС ВС РФ, рассмотрев кассационную жалобу, отменила постановления судов апелляционной и кассаци- онной инстанций и оставила в силе решение суда первой инстанции8.

СКЭС ВС РФ отметила:

«Увеличение уставного капитала обще- ства за счет вклада третьего лица, при- нимаемого в общество, направлено на привлечение хозяйственным обще- ством инвестиций в свою деятельность: увеличение капитализации общества и расширение возможностей извлечения прибыли от ведения общего дела. <…>

При этом, не являясь стороной товарищеского соглашения, нашедшего отражение в положениях устава общества с ограниченной ответственностью, и не имея личных неимущественных прав в отношении общества, супруга

не может непосредственным образом участвовать в управлении обществом, в том числе влиять на принятие решений относительно состава участников обще- ства и привлечения инвестиций.

Исходя из существа правовой конструкции общества с ограниченной ответственностью, согласие супруги на введе- ние в состав участников общества нового участника может считаться необходимым в случаях, когда такие действия способны нарушить имущественные интересы супруги, то есть влекут за собой уменьшение общего имущества — действительной стоимости доли участия в обществе».

Следовательно, признать сделку недействительной возможно только тогда, когда принятие нового участника не преследовало никакой   законной   и   разумной   цели,   о   чем, в частности, может свидетельствовать скорый выход нового участника из ООО.

В случае если привлечение дополнительного финансирования не носило никакой противоправной цели и соответствовало обычной предпринимательской деятельности, то и согласие супруга на совершение такой сделки не требуется. ВС   РФ   косвенно   акцентировал   внимание и на том факте, что принятие нового участника может преследовать не только цель финансирования ООО путем внесения дополнительного вклада, но и цель привлечения новых клиентов и внедрения новых бизнес-процессов за счет знаний и умений нового участника (так назы- ваемый неимущественный вклад). Более того, прежний участник не утратил корпоративный контроль, сохранив за собой долю в уставном капитале в размере 10%.

Таким образом, ВС РФ, руководствуясь стабильностью гражданского оборота,  начал  борьбу с многочисленной практикой судов об удовлетворении подобных исковых заявлений. Юридические сообщество уже положительно отреагировало на такие изменения.

ФИНАЛЬНЫЙ АККОРД

Отдельного внимания заслуживает позиция ВС РФ про срок исковой давности. В указанном деле иск супругом был предъявлен через семь лет после заключения   оспариваемых   сделок.   Согласно ст. 196 ГК РФ субъективный срок исковой давности по общему правилу составляет три года, а с начала сентября 2022 г. п. 3 ст. 35 СК РФ для оспаривания таких сделок был установлен специальный срок в один год. СКЭС ВС РФ отмечает:

«<…> при исчислении срока исковой давности значение имеет не только момент фактической  осведомленности    супруги о распоряжении общим имуществом без ее согласия, но также своевременность и разумность предпринятых истцом мер по получению необходимой информации».

Отметим, что, исходя из проведенного нами анализа судебной практики, частым явлением при рассмотрении данных споров является факт при- вязки судами начала исчисления срока исковой давности к моменту раздела общего имущества супругов.

Такой подход существенным образом ухудшает положение ответчиков, так как спустя многие годы доказать, что при заключении оспариваемых сделок они руководствовались сугубо экономическими целями, представляется весьма затруднительным занятием. Отыскать переписки между участниками, протоколы общих собраний участ- ников, а также иные доказательства практически невозможно.

ВС РФ отметил, что такая позиция судов фактически сводится к произвольному определению начала течения срока исковой давности. Аргумен- тируя свою позицию, суд указал, что брак пред- полагает наличие лично-доверительных связей между супругами, а потому супруг(а) не лишен(а) возможности узнавать информацию о состоянии общего имущества супругов — доли в ООО — у супруга(и) непосредственно, а при отсутствии такой возможности — из публичных (открытых) источников. Такая позиция высшей судебной инстанции в своем роде является революцион- ной, так как раньше суды не высказывались в духе того, что кто-либо должен периодически обнов- лять и отслеживать данные в ЕГРЮЛ9.

ВЫВОД

Подводя итог всему вышесказанному, на наш взгляд, судебная практика после публикации указанного определения СКЭС ВС РФ должна пойти по пути более детального изучения материалов дела и бизнес-процессов ООО, сделки которого по вхождению нового участника оспариваются10.

ВС РФ фактически запретил признавать оспариваемые сделки недействительными только лишь по тому основанию, что супруг о них не знал и нотариального согласия на   их   совершение не давал. В дальнейшем судам необходимо будет оценивать экономическую целесообразность вне- сения дополнительного вклада, о чем может свидетельствовать увеличение/уменьшение выручки или прибыли компании, а также рост/падение действительной стоимости доли ООО.


 
Источник

" ["DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "html" ["~DETAIL_TEXT_TYPE"]=> string(4) "html" ["PREVIEW_TEXT"]=> string(1094) "

Проблема признания сделок по отчуждению долей в уставных капиталах ООО недействительными по причине отсутствия нотариального согласия супруга существует в российской арбитражной практике давно. Позиции судов по данному вопросу неоднократно менялись: сначала в 2009 г. в связи с внесением изменений в ст. 21 Закона об ООО1, а теперь, вероятно, и в 2023 г. в связи с опубликованием Определения СКЭС ВС РФ № 305‑ЭС23-8438 по делу № А40-91941/2022 от 28.08.2023.


" ["~PREVIEW_TEXT"]=> string(1094) "

Проблема признания сделок по отчуждению долей в уставных капиталах ООО недействительными по причине отсутствия нотариального согласия супруга существует в российской арбитражной практике давно. Позиции судов по данному вопросу неоднократно менялись: сначала в 2009 г. в связи с внесением изменений в ст. 21 Закона об ООО1, а теперь, вероятно, и в 2023 г. в связи с опубликованием Определения СКЭС ВС РФ № 305‑ЭС23-8438 по делу № А40-91941/2022 от 28.08.2023.


" ["PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "html" ["~PREVIEW_TEXT_TYPE"]=> string(4) "html" ["DETAIL_PICTURE"]=> NULL ["~DETAIL_PICTURE"]=> NULL ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "06.12.2023 19:09:14" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(19) "06.12.2023 19:09:14" ["ACTIVE_FROM"]=> string(19) "16.11.2023 13:49:00" ["~ACTIVE_FROM"]=> string(19) "16.11.2023 13:49:00" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(6) "/blog/" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(6) "/blog/" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(17) "/blog/stati/2817/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(17) "/blog/stati/2817/" ["LANG_DIR"]=> string(1) "/" ["~LANG_DIR"]=> string(1) "/" ["CODE"]=> string(0) "" ["~CODE"]=> string(0) "" ["EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2817" ["~EXTERNAL_ID"]=> string(4) "2817" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(2) "s1" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(2) "s1" ["IBLOCK_CODE"]=> string(10) "puplikacii" ["~IBLOCK_CODE"]=> string(10) "puplikacii" ["IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> NULL ["~IBLOCK_EXTERNAL_ID"]=> NULL ["LID"]=> string(2) "s1" ["~LID"]=> string(2) "s1" ["NAV_RESULT"]=> bool(false) ["DISPLAY_ACTIVE_FROM"]=> string(10) "16.11.2023" ["IPROPERTY_VALUES"]=> array(5) { ["SECTION_META_TITLE"]=> string(84) "Статьи компании «Лемчик, Крупский и Партнеры»" ["ELEMENT_META_TITLE"]=> string(163) "Распоряжение долей как общим имуществом супругов: новая позиция ВС РФ – блог ЛКП КОНСАЛТ" ["ELEMENT_META_KEYWORDS"]=> string(128) "Распоряжение долей как общим имуществом супругов: новая позиция ВС РФ" ["ELEMENT_META_DESCRIPTION"]=> string(1220) "<p> <span style="color: #222222;">Проблема признания сделок по отчуждению долей в уставных капиталах ООО недействительными по причине отсутствия нотариального согласия супруга существует в российской арбитражной практике давно. Позиции судов по данному вопросу неоднократно менялись: сначала в 2009 г. в связи с внесением изменений в <a href="https://ao-journal.ru/rasporyazhenie-doley-kak-obshchim-imushchestvom-suprugov-novaya-pozitsiya-vs-rf" target="_blank" rel="nofollow">ст. 21 Закона об ООО</a></span><span style="font-weight: 700; color: #ffffff;">1</span><span style="color: #222222;">, а теперь, вероятно, и в 2023 г. в связи с опубликованием Определения СКЭС ВС РФ № 305‑ЭС23-8438 по делу № А40-91941/2022 от 28.08.2023.</span> </p> <br>" ["SECTION_META_DESCRIPTION"]=> string(706) "ЛКП. Лемчик, Крупский и Партнеры — это профессиональная команда корпоративных юристов, налоговых консультантов и адвокатов, которая на протяжении многих лет оказывает услуги в области налогового консалтинга, сопровождения процедур банкротства, структурирования бизнеса в РФ и за рубежом, разрешения налоговых, коммерческих, корпоративных и трудовых споров, сопровождения сделок M&A." } ["FIELDS"]=> array(0) { } ["PROPERTIES"]=> array(4) { ["USLUGI"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "19" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2020-10-21 09:46:43" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "6" ["NAME"]=> string(12) "Услуги" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(6) "USLUGI" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> NULL ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "2" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> array(1) { [0]=> string(4) "6827" } ["VALUE"]=> array(1) { [0]=> string(2) "25" } ["DESCRIPTION"]=> array(1) { [0]=> string(0) "" } ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(1) { [0]=> string(2) "25" } ["~DESCRIPTION"]=> array(1) { [0]=> string(0) "" } ["~NAME"]=> string(12) "Услуги" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["IKSPERT"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "20" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2020-10-21 09:46:43" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "6" ["NAME"]=> string(16) "Эксперты" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(7) "IKSPERT" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "E" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> NULL ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "5" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> array(1) { [0]=> string(4) "6828" } ["VALUE"]=> array(1) { [0]=> string(3) "921" } ["DESCRIPTION"]=> array(1) { [0]=> string(0) "" } ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> array(1) { [0]=> string(3) "921" } ["~DESCRIPTION"]=> array(1) { [0]=> string(0) "" } ["~NAME"]=> string(16) "Эксперты" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["ZAGOLOVOK"]=> &array(36) { ["ID"]=> string(2) "30" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2020-10-27 02:38:44" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "6" ["NAME"]=> string(31) "Заголовок статьи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "ZAGOLOVOK" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> NULL ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(4) "6829" ["VALUE"]=> string(128) "Распоряжение долей как общим имуществом супругов: новая позиция ВС РФ" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(128) "Распоряжение долей как общим имуществом супругов: новая позиция ВС РФ" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(31) "Заголовок статьи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } ["TEGS"]=> array(36) { ["ID"]=> string(2) "32" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2020-10-28 21:30:28" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "6" ["NAME"]=> string(8) "Теги" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(4) "TEGS" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "Y" ["XML_ID"]=> NULL ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> bool(false) ["VALUE"]=> bool(false) ["DESCRIPTION"]=> bool(false) ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> bool(false) ["~DESCRIPTION"]=> bool(false) ["~NAME"]=> string(8) "Теги" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" } } ["DISPLAY_PROPERTIES"]=> array(1) { ["ZAGOLOVOK"]=> array(37) { ["ID"]=> string(2) "30" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "2020-10-27 02:38:44" ["IBLOCK_ID"]=> string(1) "6" ["NAME"]=> string(31) "Заголовок статьи" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["CODE"]=> string(9) "ZAGOLOVOK" ["DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["PROPERTY_TYPE"]=> string(1) "S" ["ROW_COUNT"]=> string(1) "1" ["COL_COUNT"]=> string(2) "30" ["LIST_TYPE"]=> string(1) "L" ["MULTIPLE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> NULL ["FILE_TYPE"]=> string(0) "" ["MULTIPLE_CNT"]=> string(1) "5" ["TMP_ID"]=> NULL ["LINK_IBLOCK_ID"]=> string(1) "0" ["WITH_DESCRIPTION"]=> string(1) "N" ["SEARCHABLE"]=> string(1) "N" ["FILTRABLE"]=> string(1) "N" ["IS_REQUIRED"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["USER_TYPE"]=> NULL ["USER_TYPE_SETTINGS"]=> NULL ["HINT"]=> string(0) "" ["PROPERTY_VALUE_ID"]=> string(4) "6829" ["VALUE"]=> string(128) "Распоряжение долей как общим имуществом супругов: новая позиция ВС РФ" ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["VALUE_ENUM"]=> NULL ["VALUE_XML_ID"]=> NULL ["VALUE_SORT"]=> NULL ["~VALUE"]=> string(128) "Распоряжение долей как общим имуществом супругов: новая позиция ВС РФ" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~NAME"]=> string(31) "Заголовок статьи" ["~DEFAULT_VALUE"]=> string(0) "" ["DISPLAY_VALUE"]=> string(128) "Распоряжение долей как общим имуществом супругов: новая позиция ВС РФ" } } ["IBLOCK"]=> array(90) { ["ID"]=> string(1) "6" ["~ID"]=> string(1) "6" ["TIMESTAMP_X"]=> string(19) "05.06.2024 21:26:48" ["~TIMESTAMP_X"]=> string(19) "05.06.2024 21:26:48" ["IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(2) "s1" ["~IBLOCK_TYPE_ID"]=> string(2) "s1" ["LID"]=> string(2) "s1" ["~LID"]=> string(2) "s1" ["CODE"]=> string(10) "puplikacii" ["~CODE"]=> string(10) "puplikacii" ["API_CODE"]=> string(10) "puplikacii" ["~API_CODE"]=> string(10) "puplikacii" ["NAME"]=> string(20) "Публикации" ["~NAME"]=> string(20) "Публикации" ["ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["~ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["SORT"]=> string(3) "500" ["~SORT"]=> string(3) "500" ["LIST_PAGE_URL"]=> string(18) "/s1/index.php?ID=6" ["~LIST_PAGE_URL"]=> string(18) "/s1/index.php?ID=6" ["DETAIL_PAGE_URL"]=> string(44) "#SITE_DIR#/blog/#SECTION_CODE#/#ELEMENT_ID#/" ["~DETAIL_PAGE_URL"]=> string(44) "#SITE_DIR#/blog/#SECTION_CODE#/#ELEMENT_ID#/" ["SECTION_PAGE_URL"]=> string(31) "#SITE_DIR#/blog/#SECTION_CODE#/" ["~SECTION_PAGE_URL"]=> string(31) "#SITE_DIR#/blog/#SECTION_CODE#/" ["CANONICAL_PAGE_URL"]=> string(0) "" ["~CANONICAL_PAGE_URL"]=> string(0) "" ["PICTURE"]=> NULL ["~PICTURE"]=> NULL ["DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["~DESCRIPTION"]=> string(0) "" ["DESCRIPTION_TYPE"]=> string(4) "text" ["~DESCRIPTION_TYPE"]=> string(4) "text" ["RSS_TTL"]=> string(2) "24" ["~RSS_TTL"]=> string(2) "24" ["RSS_ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["~RSS_ACTIVE"]=> string(1) "Y" ["RSS_FILE_ACTIVE"]=> string(1) "N" ["~RSS_FILE_ACTIVE"]=> string(1) "N" ["RSS_FILE_LIMIT"]=> NULL ["~RSS_FILE_LIMIT"]=> NULL ["RSS_FILE_DAYS"]=> NULL ["~RSS_FILE_DAYS"]=> NULL ["RSS_YANDEX_ACTIVE"]=> string(1) "N" ["~RSS_YANDEX_ACTIVE"]=> string(1) "N" ["XML_ID"]=> NULL ["~XML_ID"]=> NULL ["TMP_ID"]=> string(32) "636ae12d9f2210903f888ae43a892a2f" ["~TMP_ID"]=> string(32) "636ae12d9f2210903f888ae43a892a2f" ["INDEX_ELEMENT"]=> string(1) "Y" ["~INDEX_ELEMENT"]=> string(1) "Y" ["INDEX_SECTION"]=> string(1) "Y" ["~INDEX_SECTION"]=> string(1) "Y" ["WORKFLOW"]=> string(1) "N" ["~WORKFLOW"]=> string(1) "N" ["BIZPROC"]=> string(1) "N" ["~BIZPROC"]=> string(1) "N" ["SECTION_CHOOSER"]=> string(1) "L" ["~SECTION_CHOOSER"]=> string(1) "L" ["LIST_MODE"]=> string(0) "" ["~LIST_MODE"]=> string(0) "" ["RIGHTS_MODE"]=> string(1) "S" ["~RIGHTS_MODE"]=> string(1) "S" ["SECTION_PROPERTY"]=> string(1) "N" ["~SECTION_PROPERTY"]=> string(1) "N" ["PROPERTY_INDEX"]=> string(1) "N" ["~PROPERTY_INDEX"]=> string(1) "N" ["VERSION"]=> string(1) "1" ["~VERSION"]=> string(1) "1" ["LAST_CONV_ELEMENT"]=> string(1) "0" ["~LAST_CONV_ELEMENT"]=> string(1) "0" ["SOCNET_GROUP_ID"]=> NULL ["~SOCNET_GROUP_ID"]=> NULL ["EDIT_FILE_BEFORE"]=> string(0) "" ["~EDIT_FILE_BEFORE"]=> string(0) "" ["EDIT_FILE_AFTER"]=> string(0) "" ["~EDIT_FILE_AFTER"]=> string(0) "" ["SECTIONS_NAME"]=> string(14) "Разделы" ["~SECTIONS_NAME"]=> string(14) "Разделы" ["SECTION_NAME"]=> string(12) "Раздел" ["~SECTION_NAME"]=> string(12) "Раздел" ["ELEMENTS_NAME"]=> string(16) "Элементы" ["~ELEMENTS_NAME"]=> string(16) "Элементы" ["ELEMENT_NAME"]=> string(14) "Элемент" ["~ELEMENT_NAME"]=> string(14) "Элемент" ["EXTERNAL_ID"]=> NULL ["~EXTERNAL_ID"]=> NULL ["LANG_DIR"]=> string(1) "/" ["~LANG_DIR"]=> string(1) "/" ["SERVER_NAME"]=> string(0) "" ["~SERVER_NAME"]=> string(0) "" } ["SECTION"]=> array(1) { ["PATH"]=> array(0) { } } ["SECTION_URL"]=> string(0) "" ["META_TAGS"]=> array(4) { ["TITLE"]=> string(6) "ЛКП" ["BROWSER_TITLE"]=> string(163) "Распоряжение долей как общим имуществом супругов: новая позиция ВС РФ – блог ЛКП КОНСАЛТ" ["KEYWORDS"]=> string(128) "Распоряжение долей как общим имуществом супругов: новая позиция ВС РФ" ["DESCRIPTION"]=> string(1220) "<p> <span style="color: #222222;">Проблема признания сделок по отчуждению долей в уставных капиталах ООО недействительными по причине отсутствия нотариального согласия супруга существует в российской арбитражной практике давно. Позиции судов по данному вопросу неоднократно менялись: сначала в 2009 г. в связи с внесением изменений в <a href="https://ao-journal.ru/rasporyazhenie-doley-kak-obshchim-imushchestvom-suprugov-novaya-pozitsiya-vs-rf" target="_blank" rel="nofollow">ст. 21 Закона об ООО</a></span><span style="font-weight: 700; color: #ffffff;">1</span><span style="color: #222222;">, а теперь, вероятно, и в 2023 г. в связи с опубликованием Определения СКЭС ВС РФ № 305‑ЭС23-8438 по делу № А40-91941/2022 от 28.08.2023.</span> </p> <br>" } }

Проблема признания сделок по отчуждению долей в уставных капиталах ООО недействительными по причине отсутствия нотариального согласия супруга существует в российской арбитражной практике давно. Позиции судов по данному вопросу неоднократно менялись: сначала в 2009 г. в связи с внесением изменений в ст. 21 Закона об ООО1, а теперь, вероятно, и в 2023 г. в связи с опубликованием Определения СКЭС ВС РФ № 305‑ЭС23-8438 по делу № А40-91941/2022 от 28.08.2023.


В статье проанализирована судебная практика и рассмотрена проблема признания сделки по распоряжению долей в уставном капитале ООО недействительной ввиду отсутствия нотариального согласия другого супруга на ее совершение. Если до недавнего времени арбитражные суды в основном вставали на сторону истца,
удовлетворяя требования супруга(и) о признании сделки недействительной и возвращении корпоративного контроля над обществом, то после принятия недавнего Определения СКЭС ВС РФ
№ 305-ЭС23-8438 по делу № А40-91941/2022 от 28.08.2023 судебная практика может кардинально поменяться.

ВС РФ «взял курс» на защиту прав ответчиков и новых участников обществ, сказав, что признавать сделку недействительной можно исключительно в тех случаях, когда установлена экономи чес кая нецелесообразность сделки, подобной сделкой неправомерно уменьшается доля одного участника и соответственно нарушаются права его супруга(и), присутствует недобросовестность одного из супругов и нового участника общества.

КАКИЕ СДЕЛКИ С ДОЛЕЙ В ООО ПРИЗНАЮТСЯ СУДАМИ КАК СДЕЛКИ ПО РАСПОРЯЖЕНИЮ ОБЩИМ ИМУЩЕСТВОМ СУПРУГОВ?


В судебной практике существует большое количество споров, когда супруг(а), как правило, перед началом бракоразводного процесса инициирует ряд сделок, в результате которых в ООО либо
входит новый участник, размывая долю супруга(и), либо супруг(а) вовсе отчуждает долю в ООО аффилированным или подконтрольным ему (ей) лицам. На практике очень часто вставал вопрос: являются ли подобные действия распоряжением общим имуществом супругов применительно к ст. 35 СК РФ? Противники такого подхода отмечали, что фактически имущество супругов не уменьшается, размер доли в стоимостном выражении никак не меняется, а потому применять к таким сделкам положения ст. 35 СК РФ со всеми вытекающими последствиями незаконно. Точку в этом вопросе поставил ВАС РФ.
Президиум ВАС РФ в 2014 г.2 подробно анализировал данный вопрос и пришел к выводу, что сделки о принятии одним из супругов решения о введении в состав участников ООО нового участника с внесением им неэквивалентного дополнительного вклада в уставный капитал ООО по своему существу являются распоряжением общим имуществом супругов, влекущим уменьшение действительной стоимости доли супруга в ООО. Более того, ВАС РФ указал, что выход супруга из ООО также является сделкой по распоряжению общим имуществом супругов
по смыслу ст. 35 СК РФ. 

Позиция ВАС РФ, изложенная в названном постановлении, не теряет актуальность и на данный момент. Арбитражные суды всех инстанций,а также и ВС РФ при рассмотрении аналогичных
споров продолжают использовать аргументацию
и позицию ВАС РФ.

ПОЗИЦИЯ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ ДО ВНЕСЕНИЯ ИЗМЕНЕНИЙ
В ФЗ «ОБ ООО» В 2009 Г.

В 2009 г. в законную силу вступили изменения, согласно которым ст. 21 Закона об ООО была существенно переработана и дополнена п. 11 следующего содержания:

 
«Сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, подлежит нотариальному удостоверению. Несоблюдение нотариальной формы указанной сделки влечет за собой ее недействительность».

До этого времени сделки по отчуждению долей в ООО  нотариального удостоверения не требовали, а потому положения п. 3 ст. 35 СК РФ к ним применяться не могли. К сделкам по распоряжению долей в ООО, совершаемых супругами, применялись положения п. 2 ст. 35 СК РФ, согласно которому презюмировалось согласие второго супруга на совершение сделки, а потому для того, чтобы о спорить такую сделку в суде необходимо было доказать, что другая сторона знала или должна была знать о несогласии другого супруга.
Так, например, ФАС Западно-Сибирского округа оставил в силе постановление суда апелляционной инстанции, который отменил решение АС Новосибирской области и указал, что контрагент по сделке являлся добросовестным и в сложившейся ситуации не мог знать о противоречиях между супругами и отсутствии одобрения на совершение сделки по отчуждению доли в уставном капитале ООО. 


Так,  например,  ФАС   Западно-Сибирского округа4 оставил в силе постановление судаапелляционной инстанции, который отменил решение АС Новосибирской области и указал, что контрагент   по   сделке   являлся   добросовестным и в сложившейся ситуации не мог знать о противо- речиях между супругами и отсутствии одобрения на совершение    сделки    по    отчуждению    доли в уставном капитале ООО.

ПОЗИЦИЯ АРБИТРАЖНЫХ СУДОВ В ПЕРИОД
С 2009 Г. ПО НАСТОЯЩИЙ МОМЕНТ

Как уже было написано выше, после внесения изменений в Закон об ООО сделки по отчуждению доли в ООО стали подчиняться правилам п. 3 ст. 35 СК РФ:

«Для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государ- ственной регистрации, сделки, для кото- рой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, под- лежащей обязательной государствен- ной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга».

Таким образом, как показывает судебная практика, судам зачастую было достаточно констатировать отсутствие нотариального согласия другого супруга и неэквивалентность внесения дополнительного вклада в уставной капитал ООО, чтобы признать сделку недей- ствительной.

Фабула дела № А40-141114/2021. Судами было установлено, что в период брака супругами было совместно нажито следующее имущество: доля

апелляционной инстанции, который отменил решение АС Новосибирской области и указал, что контрагент   по   сделке   являлся   добросовестным и в сложившейся ситуации не мог знать о противо- речиях между супругами и отсутствии одобрения на  совершение    сделки    по    отчуждению    доли в уставном капитале ООО.

в уставном капитале ООО стоимостью 75 тыс. руб. (75%). Супруга подала в районный суд заявление о разделе совместно нажитого имущества, в этот самый период супруг уставный капитал ООО был увеличен до 1 млн руб. за счет внесения новым участником вклада и дополнительного вклада другим (прежним) участником ООО. При этом сам супруг отказался от внесения дополнительного вклада. В результате   его   доля   была   размыта до 7,5%. Супруга обратилась в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки и примене- нии последствий ее недействительности.

Суд первой инстанции в иске отказал:

«сам по себе факт уменьшения доли <…> до 7,5% вследствие увеличения уставно- го капитала общества о притворности сделки не свидетельствует, <…> истец не представил доказательств того, что [новый и прежний участники обще- ства] знали или заведомо должны былзнать о несогласии истца на совершение сделки, а равно наличие умысла на совер- шение сделки с целью причинения како- го-либо имущественного вреда истцу».

Суд апелляционной инстанции, с выводами кото- рого согласился Арбитражный суд Московского округа5, отменяя решение суда первой инстанции, указал:

«<…> результатом совершения оспарива- емой сделки, в действительности, стал переход 67,5% доли уставного капитала общества <…>, что соответственно приве ло к уменьшению размера доли [супруга], поскольку для осуществления имущественных и корпоративных прав участника имеет значение не номинальная стоимость доли, на что сделан акцент судом первой инстанции, а ее размер... посколь- ку при таком соотношении долей в устав- ном капитале общества участник, чья доля уменьшена до 7,5% фактически утрачи- вает способность оказывать влияние при принятии значимых решений обществом по финансово-хозяйственной деятельно- сти общество при реализации права пре- дусмотренных статьей 8 Закона «Об обще- ствах с ограниченной ответственностью», так как решения в обществе принимаются либо простым большинством голосов участников, либо не менее 2/3 числа голосов участников общества».

Таким образом, арбитражные суды, устанавливая нецелесообразность и неразумность действий ответчиков, выражающиеся в отказе от права внесения дополнительного вклада, в потере корпоративного контроля   над   деятельностью   ООО, и отсутствии нотариального согласия супруга (и) на распоряжение общим имуществом, массово признавали такие сделки недействительными6.

Арбитражный суды квалифицировали подобные сделки как притворные и преследующие лишь цель отчуждения имущества (имущественного права) — доли в уставном капитале общества — для уменьшения стоимости совместно нажитого имущества.

Суды соглашались с доводами истцов о том, что номинальная и действительная стоимость доли — это две абсолютно разные вещи. Не изменяя номи- нальную стоимость доли, но уменьшая процент вклада в уставной капитал ООО, действительная стоимость доли в реальности существенно и неэквивалентно уменьшалась.

    Подобный     «проистцовский»     подход       далек от идеала, так как, согласно ему, признать недействительной можно абсолютно любую сделку, лишенную нотариального согласия другого супруга, это, в свою очередь, сказывается на устой- чивости и стабильности гражданского оборота. Исправить данную ситуация недавно попыталась Судебная коллегия   по   экономическим   спорам ВС РФ.

ДАЛЬНЕЙШИЕ ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ

Фабула дела № А40-91941/2022. Супруга обратилась в арбитражный суд с иском о признании сделки по распоряжению общим имуществом супругов недействительной в виду притворности сделки, а также отсутствия нотариального согласия и экономической целесообразности сделки. Супруг принял решение об увеличении уставного капитала ООО и перераспределении 90% доли в уставном капитале на нового участника, в связи с внесением последним необходимого для этого вклада.

Суд первой инстанции7 в иске отказал, руководствуясь тем, что к спорным отношениям неприменимы положения п. 3 ст. 35 СК РФ. Суд сослался на п. 2 ст. 35 СК РФ, согласно которому согласие второго супруга на совершение сделки презюмируется. Суд также отметил:

«истец не представила доказательства, подтверждающие, что действия сторон сделки были направлены на достижение других правовых последствий и прикрывали иную волю всех участников сделки. [Супругом] выражено волеизъявление и совершены действия именно 

с целью увеличения уставного капитала общества…»

Таким образом, суд первой инстанции констатиро- вал невозможность признания сделки притворной и применении последствий недействительной сделки.

Суды апелляционной и кассационной инстанций, следуя преобладающей на тот момент судебной практике, решение отменили, удовлетворив тре- бования Истца.

Ответчик  с    вынесенными    постановлениями не согласился и обратился в ВС РФ. СКЭС ВС РФ, рассмотрев кассационную жалобу, отменила постановления судов апелляционной и кассаци- онной инстанций и оставила в силе решение суда первой инстанции8.

СКЭС ВС РФ отметила:

«Увеличение уставного капитала обще- ства за счет вклада третьего лица, при- нимаемого в общество, направлено на привлечение хозяйственным обще- ством инвестиций в свою деятельность: увеличение капитализации общества и расширение возможностей извлечения прибыли от ведения общего дела. <…>

При этом, не являясь стороной товарищеского соглашения, нашедшего отражение в положениях устава общества с ограниченной ответственностью, и не имея личных неимущественных прав в отношении общества, супруга

не может непосредственным образом участвовать в управлении обществом, в том числе влиять на принятие решений относительно состава участников обще- ства и привлечения инвестиций.

Исходя из существа правовой конструкции общества с ограниченной ответственностью, согласие супруги на введе- ние в состав участников общества нового участника может считаться необходимым в случаях, когда такие действия способны нарушить имущественные интересы супруги, то есть влекут за собой уменьшение общего имущества — действительной стоимости доли участия в обществе».

Следовательно, признать сделку недействительной возможно только тогда, когда принятие нового участника не преследовало никакой   законной   и   разумной   цели,   о   чем, в частности, может свидетельствовать скорый выход нового участника из ООО.

В случае если привлечение дополнительного финансирования не носило никакой противоправной цели и соответствовало обычной предпринимательской деятельности, то и согласие супруга на совершение такой сделки не требуется. ВС   РФ   косвенно   акцентировал   внимание и на том факте, что принятие нового участника может преследовать не только цель финансирования ООО путем внесения дополнительного вклада, но и цель привлечения новых клиентов и внедрения новых бизнес-процессов за счет знаний и умений нового участника (так назы- ваемый неимущественный вклад). Более того, прежний участник не утратил корпоративный контроль, сохранив за собой долю в уставном капитале в размере 10%.

Таким образом, ВС РФ, руководствуясь стабильностью гражданского оборота,  начал  борьбу с многочисленной практикой судов об удовлетворении подобных исковых заявлений. Юридические сообщество уже положительно отреагировало на такие изменения.

ФИНАЛЬНЫЙ АККОРД

Отдельного внимания заслуживает позиция ВС РФ про срок исковой давности. В указанном деле иск супругом был предъявлен через семь лет после заключения   оспариваемых   сделок.   Согласно ст. 196 ГК РФ субъективный срок исковой давности по общему правилу составляет три года, а с начала сентября 2022 г. п. 3 ст. 35 СК РФ для оспаривания таких сделок был установлен специальный срок в один год. СКЭС ВС РФ отмечает:

«<…> при исчислении срока исковой давности значение имеет не только момент фактической  осведомленности    супруги о распоряжении общим имуществом без ее согласия, но также своевременность и разумность предпринятых истцом мер по получению необходимой информации».

Отметим, что, исходя из проведенного нами анализа судебной практики, частым явлением при рассмотрении данных споров является факт при- вязки судами начала исчисления срока исковой давности к моменту раздела общего имущества супругов.

Такой подход существенным образом ухудшает положение ответчиков, так как спустя многие годы доказать, что при заключении оспариваемых сделок они руководствовались сугубо экономическими целями, представляется весьма затруднительным занятием. Отыскать переписки между участниками, протоколы общих собраний участ- ников, а также иные доказательства практически невозможно.

ВС РФ отметил, что такая позиция судов фактически сводится к произвольному определению начала течения срока исковой давности. Аргумен- тируя свою позицию, суд указал, что брак пред- полагает наличие лично-доверительных связей между супругами, а потому супруг(а) не лишен(а) возможности узнавать информацию о состоянии общего имущества супругов — доли в ООО — у супруга(и) непосредственно, а при отсутствии такой возможности — из публичных (открытых) источников. Такая позиция высшей судебной инстанции в своем роде является революцион- ной, так как раньше суды не высказывались в духе того, что кто-либо должен периодически обнов- лять и отслеживать данные в ЕГРЮЛ9.

ВЫВОД

Подводя итог всему вышесказанному, на наш взгляд, судебная практика после публикации указанного определения СКЭС ВС РФ должна пойти по пути более детального изучения материалов дела и бизнес-процессов ООО, сделки которого по вхождению нового участника оспариваются10.

ВС РФ фактически запретил признавать оспариваемые сделки недействительными только лишь по тому основанию, что супруг о них не знал и нотариального согласия на   их   совершение не давал. В дальнейшем судам необходимо будет оценивать экономическую целесообразность вне- сения дополнительного вклада, о чем может свидетельствовать увеличение/уменьшение выручки или прибыли компании, а также рост/падение действительной стоимости доли ООО.


 
Источник

Хотите получить консультацию эксперта?
Задайте вопрос по Вашей ситуации и получите консультацию эксперта.
Задать вопрос
Хотите получить консультацию эксперта?
Задайте вопрос по Вашей ситуации и получите консультацию эксперта.
Задать вопрос
Другие публикации
ЛКП
04.07.2024

Электронные торговые площадки (маркетплейсы) начнут производить обмен данными с налоговыми органами в рамках налогового режима для малого бизнеса «Автоматизированная упрощенная система налогообложения» (автоУСН, АУСН).


ЛКП
04.07.2024

Смартфоны стали неотъемлемой частью нашей жизни, и вопрос защиты личных данных приобретает всё большую значимость. Давайте поговорим о том, как мобильные устройства на базе Android и iOS справляются с задачами защиты личных данных пользователей. Мы рассмотрим основные различия в подходах этих двух систем к приватности, основываясь на информации о механизмах безопасности, разрешениях для приложений и недавних исследованиях.


ЛКП
04.07.2024

Если протокол общего собрания участников общества составлен формально, то есть без указания не только содержания новых формулировок устава, но и даже конкретных пунктов, в которые были внесены изменения, то директор, злоупотребляя своими правами, может представить в регистрирующий орган вместе с таким протоколом иную редакцию устава, содержащую заведомо ложные для него сведения.



Наш телеграм-канал и почтовая рассылка
Полезная информация из первых рук
Подписаться на телеграм