Комментирует Давид Кононов, руководитель практики "Сопровождение процедур банкротства и Антикризисный консалтинг":
В проекте постановления Верховный суд разрешает некоторые спорные моменты, возникавшие при рассмотрении вопросов поручительства в рамках дела о банкротстве.
Один из таких вопросов касается инициации дела о банкротстве поручителя по требованию, возникшему из кредитного договора, без необходимости предварительного получения судебного акта. Разъяснение пункта 3 проекта постановления Пленума ВС о том, что с даты введения в отношении основного должника первой процедуры банкротства кредитор по обеспеченному поручительством обязательству вправе предъявить требование к поручителю, создает большие риски для поручителя. Из этого следует, что с даты введения процедуры банкротства в отношении основного должника поручитель считается находящимся в просрочке.
Формально для него это означает возможную дату определения неплатежеспособности или недостаточности имущества
Интересной новеллой представляется механизм защиты поручителем своих прав в случае, если кредитор не предъявил требования к основному должнику, находящемуся в банкротстве. В таком случае поручитель самостоятельно имеет право заявить требования в деле о банкротстве основного должника, даже до исполнения обязательства самим поручителем. Тут, конечно, возникают вопросы о наличии нормативного обоснования такого механизма, ведь ссылка Верховного суда на подпункт 3 пункта 1 статьи 387 ГК РФ дает поручителю права кредитора только после исполнения обязательства. К сожалению, Верховный суд не разъясняет, на кого распределяются негативные последствия пропуска срока на включение в реестр, допущенные из-за действий кредитора.
